Время в пути и рабочее время: что говорит ТК РФ

Будильник у Дмитрия звонит в шесть. К половине седьмого он уже за рулём: сумка с инструментом на пассажирском сиденье, термос кофе в подстаканнике, на телефоне список из восьми адресов на сегодня. В офис он по пути не заезжает, там ему делать нечего, весь его рабочий день проходит на объектах клиентов. Без четверти восемь фургон паркуется во дворе жилого комплекса, где ждёт первая заявка, протекающий котёл на третьем этаже. Час и пятнадцать минут дороги уже позади, а рабочий день на бумаге ещё не начался.

Для человека с постоянным рабочим местом эта разница ничего не решает: дорога до офиса была и остаётся личным делом, работодателя она не касается, во сколько бы он ни выехал из дома. Но у Дмитрия нет офиса. Есть база, откуда каждое утро выезжает фургон, и десяток адресов по городу, между которыми он мотается весь день. Первая поездка и последняя, та, что вечером вернёт его домой уже затемно, повторяются каждый будний день, у каждого техника бригады, и складываются в тот самый час с четвертью, которого в табеле не найти. К концу месяца это уже не мелочь: пять дней в неделю, четыре недели, и набегают почти сутки чистого времени в пути на одного только Дмитрия, времени, за которое зарплата пока молчит.

Вопрос не праздный. Если этот час юридически рабочее время, его нужно оплатить и учесть при подсчёте переработок. Если нет, то нет и спора. Разница решается не на глаз, а по конкретной норме закона, и зависит от того, как оформлены трудовые отношения с разъездным сотрудником.

Что на самом деле говорит закон о разъездной работе

Трудовой кодекс различает обычную дорогу на работу и служебную поездку. Путь от дома до постоянного рабочего места, как у большинства офисных сотрудников, законом не признаётся рабочим временем и работодателем не оплачивается: это личный выбор человека, где жить. Другое дело работник, чья трудовая функция сама по себе состоит в перемещении: монтажник, ремонтник, охранник на нескольких объектах, специалист клининга, обслуживающий десяток адресов. Для таких сотрудников статьи 166 и 168.1 ТК РФ вводят отдельную категорию: разъездной характер работы. Служебные поездки при этом не признаются командировками, а время в пути и связанные с ним расходы (проезд, проживание, суточные) возмещаются на условиях, прописанных в трудовом договоре, коллективном договоре или локальном акте компании.

Ключевое слово здесь «прописанных». Разъездной характер работы не действует по умолчанию просто потому, что сотрудник целый день ездит по клиентам: условие должно быть внесено в трудовой договор, а перечень должностей с разъездным характером утверждён локальным актом организации. Без этой бумажной основы даже самый разъездной сотрудник юридически остаётся человеком с фиксированным местом работы, и любой спор о времени в пути превращается в спор о факте, а не о праве.

В Европе похожий вопрос решил Суд ЕС по делу C-266/14 (Tyco), постановив, что для сотрудников без постоянного места работы первая и последняя поездка дня, от дома до первого клиента и от последнего клиента домой, входит в рабочее время. Решение испанское по происхождению и обязательно для стран ЕС, прямого действия в российском праве не имеет. Но логика похожа: там, где у сотрудника нет фиксированной базы и день реально начинается с выезда из дома, закон, европейский явно и российский при должном оформлении, признаёт это время трудом, а не личной жизнью работника.

Где эти подсчёты ломаются на практике

На практике разрыв возникает не в законе, а в привычке. Табель заполняется по старой инерции: рабочий день «начинается» с прибытия к первому клиенту, а не с выезда из дома или базы. Час с четвертью Дмитрия исчезает из подсчётов молча, никто его не вычёркивает специально, просто никто его туда и не вносил. Помножьте на пять дней в неделю и на десяток техников бригады, и организация теряет из виду добрую сотню часов в месяц, часов, которые при разъездном характере работы по закону должны быть оплачены и учтены в пределах нормы рабочего времени.

Именно здесь и рождается спор. Либо с самим сотрудником, который однажды пересчитает свои часы и увидит разницу с расчётным листком. Либо с трудовой инспекцией, если до проверки дойдёт: работодателю придётся объяснить, на каком основании время в пути не отражено в табеле, а объяснение «так было всегда» инспектора не убедит. В обоих случаях цена вопроса не в самом принципе, который в общем-то ясен, а в доказательстве: кто и чем подтвердит, во сколько реально начался и закончился рабочий день каждого сотрудника.

Доказанное время работает на обе стороны. Сотруднику оно возвращает оплату за час с четвертью, который иначе растворяется в дороге и нигде не фиксируется. Компании оно даёт корректный подсчёт лимитов рабочего времени и переработок, а при проверке или споре готовый ответ вместо реконструкции задним числом по памяти и черновым записям. Ни то ни другое не строится на честном слове: нужна отметка, а не пересказ.

В принципе решение простое: время и место фиксируются в момент, когда сотрудник выезжает с базы или из дома, и снова в момент прибытия к первому клиенту, с геопривязкой и датой, без ручного ввода задним числом. Данные выгружаются и ложатся в табель как есть, а не как кто-то вспомнил вечером пятницы. Именно такой журнал и даёт GeoTapp: отметка на старте и в конце каждой поездки, по каждому сотруднику, с возможностью выгрузки, не слежка за перемещением в течение дня, а доказательство того, когда рабочее время действительно началось и закончилось.

Тот час с четвертью между гаражом и первым клиентом у вас в компании вообще где-то записан, или он просто исчезает каждое утро?